Два года назад Дамир Исмагулов покинул ростер UFC. С тех пор уроженец Ударного, что в Оренбургской области, четырежды отбился по разным дисциплинам и, на первый взгляд, сбавил обороты. Но это только кажется – переехавший на историческую родину файтер не так далек от возвращения в лучший промоушен мира.
Автор Meta-ratings.kz приводит интервью «Казаха» из джунглей, в котором он:
- рассказал, за что планирует наказать Сулумова и рассержен на Рафикова;
- вспомнил поединок против Царукяна;
- раскрыл причину конфликта со скандальным патриотом Дивничем;
- признался, что по-прежнему может выступить в UFC.
– Почему Магомед Сулумов сейчас для тебя интереснее Фаниля Рафикова?
– У нас с ним есть небольшая история, поэтому я хотел бы закрыть вопрос. Как я понял, он тоже на контракте, но мне без разницы, по каким правилам его бить. Еще лучше, если это будет бокс. Он же насмотрелся сериалов про пацанов – бросался всякими фразами. А теперь, когда у меня есть время, можно с ним пообщаться.
Вообще, мне интересны и Сулумов, и (Эдуард) Вартанян. Это те люди, которые меня немного зацепили. Историю с Фанилем я отпустил: вызов кинул он, а бои выпрашивал я, поэтому, зачем он мне нужен? Пусть отдыхает. Пусть будет звездой у себя в Naiza, а они – так же тащить его и кормить. Если они хотят этого поединка, пускай пришлют хороший чек, и я с удовольствием побью Рафикова.
– Может, назовешь конкретные цифры, чтобы они понимали, сколько это?
– Пусть пойдут в банк, возьмут кредит и пришлют мне контракт. Нурбек (Карабала) звал меня в офис, но я не вижу в этом смысла. Пришлите бумагу, и тогда мы начнем разговор. А прийти, чтобы меня поснимали на камеру… Надо сразу переходить к действиям. Я рассчитываю побить Фаниля по любым правилам, правда, теперь уже нужен хороший чек.
Когда я был готов сделать это бесплатно, они все время оттягивали, но сейчас – только так.
– Юсуф Раисов находится в статусе свободного агента. Я думаю, подраться по боксу ему точно ничего не помешает. Бой с ним – насколько это громкая история для тебя?
– Да, это интересно. Почему нет? Если этого хотят фанаты, надо делать. Лучшие должны боксировать с лучшими – конкуренция всегда рождает интерес. Я заинтересован в громких именах. Здесь есть интрига.
– Не предлагал ли Артем (Резников) поехать на сборы в Осетию вместе?
– Предлагал, но пока у меня дела здесь. Я не могу уехать. Но, в принципе, тут меня подготовка устраивает. Когда будет важный серьезный бой, я соберу команду и буду нормально работать, но сейчас этого хватает.
– Ты ведь по сборам никогда особо и не ездил, правильно?
– Да. Когда дрался в М-1, то часто ездил, потому что у себя в городе не режимил. Хотя база в Оренбурге была, пока оттуда не уехали тренеры. Игорь Фунтиков сейчас в Абу-Даби, Ильдар Айсин – в Москве. А я вслед за ними.
– Как тебе борьба Армана Царукяна?
– Один менеджер предложил мне побороться с ним по грэпплингу в Абу-Даби 2 мая. Я согласился, но тот сказал, что сторона Армана отказалась. Это тоже было бы интересно. У Царукяна очень сильная борьба.
Я соглашусь с тем, что он 1-й номер UFC. Это действительно так. Но, если бы я дрался с ним 5 раундов, было бы повеселее, потому что 3 раунда Арман пытался меня удерживать. Я чувствовал, что он подзабился, и неизвестно, как прошли бы еще 2. Даже зрители говорили то же самое. Но это очень сильный боец. Я думаю, Царукян будет драться за пояс при хорошей подготовке, плюс он молод. Наверное, ждет, пока Ислам (Махачев) состарится. Хотя мы с ним ровесники, меня здесь называют старым (смеется).
Если брать всех чемпионов UFC, то мы понимаем, что они старше 33-34 лет: (Александр) Волкановски, Белал Мухаммад, 30 с лишним и (Магомеду) Анкалаеву. Мне кажется, можно показывать результат до 37.
– Каковы шансы в бою Царукян – Махачев?
– 55 на 45 в пользу Махачева, но, опять-таки, мы не видели, в какой форме сейчас Царукян. Говорят, он развивается, и я действительно в это верю. Пашет, выкладывается. Арман занимался с моим тренером Ильдаром, и тот рассказывает, что он пахарь. Работает по старой методике, добавляя что-то свое.
– По любителям ты бился с Саламатом Исбулаевым. Как это было?
– Это такой интересный момент. Тогда я не выступал 11 месяцев из-за травмы, полученной в Хабаровске. Был молодым и думал, что карьера закончена, и уже искал работу. А мне сказали, что намечаются такие соревнования. Я вообще без подготовки вышел, добрался до финала, и смотрю – (напротив меня) наш пацан. Казах.
Я подумал: «Блин, не буду выкладываться. Не буду бить». Потихоньку, вроде, отработал, аккуратно побил его, но судьи насчитали ничью. А главным судьей на том турнире был тренер Саламата (смеется). «Ладно», – говорю – «В целом-то я бой выиграл». Мне даже президент федерации позвонил: «Дамир, я разберусь. Почему (они подняли руки обоим)?». Я ответил: «Да не, все нормально».
В полуфинале я убрал дагестанца, который был вторым на чемпионате России. Я на него так настроился, выиграл, а потом очень обрадовался, что в финале наш казах. (Я мыслил так), что пускай эта ничья будет для него стимулом, а сам уехал домой. На награждение не остался. Зато я почувствовал, что еще могу и надо начинать тренироваться. А после президент снова обращается: «Не, ну ты видел? Видел, что они сделали?». Оказывается, когда я ушел, победу присудили Исбулаеву. Он тогда всех судей отругал. Но я только рад.
Если Саламат дойдет до UFC и будет показывать там результат, я счастлив. У меня своя дорога, у него – своя. Я всегда делюсь с ним опытом и что-то подсказываю. Мы в хороших отношениях.
О переезде в Казахстан
Нельзя исключать, что Оренбург – это моя малая родина. Там живут мои родители и похоронены предки, а то много кто говорит, мол: «Вон, он уехал в Казахстан». Я сделал это, потому что для меня, для моей семьи и детей здесь будет лучше. Во-первых, это мусульманская страна, где есть мечети и халяльная еда.
Я хочу, чтобы мое потомство воспитывалось чуть по-другому. Чтобы менталитет был казахский, чтобы они знали язык. В общем, мне здесь комфортно. Мне нравится Казахстан, но это не говорит о том, что я забыл, где родился и рос. Допустим, я приезжаю в Оренбургскую область, в Первомайский район, и ощущаю себя как дома. Это мое родное место. Никто этого у меня не отнимет. Но для будущего я переехал сюда, чтобы изменить следующее поколение.
В Казахстане много братьев, которые что-то подскажут не только в плане религии, но и в плане быта, бизнеса. Много что можно придумать.
Не могу не вспомнить твоего бывшего соперника Максима Дивнича, который раскритиковал тебя за это решение. При этом критика появилась после того, как ты выложил видео, где побеждаешь его на фоне конфликта с Михаилом Литвином. Раскроешь эту историю?
Было немного не так. Сначала Дивнич высказался, когда Саламат взял гражданство Республики Казахстан. Высказался обо мне неприятно, нецензурно. А потом появилось видео, где я дерусь с ним за пояс, и я добавил его себе, также выложив несколько фото. Затем я оставил комментарий, а Дивнич снова сказал много грязных слов. Я написал ему в личку, и мы начали переписываться.
Я скидывал ему переписку выше: «Посмотри, как мы общались раньше, и какими словами ты называешь меня сейчас». Когда я был в Питере, мы с Максимом тепло пообщались, потренировались. Он говорил: «Проверь мою борьбу». Мы не спарринговали, а именно поборолись. Все было на уважении, а потом… Я не люблю это общение в социальных сетях. Обращаюсь такой: «Слушай, я не лезу в политику. Я живу здесь, а ты можешь думать что угодно». Мне не нужен хайп, особенно на оскорблениях. Завтра на тебя будут смотреть внуки и важно, какой след ты оставишь.
В их историю с Литвиным я не лез, но у Дивнича есть фото, которое он подписал: «Порой поражения нас учат большему, чем победы. Спасибо за это Дамиру». А в хэштегах – Россия, Оренбург, Казахстан. То есть все было нормально, а сейчас я не знаю, что происходит, и не хочу в это вмешиваться. Я желаю Максу удачи.
Про этап в UFC
Даже сейчас я бы мог конкурировать в UFC на уровне топ-15 или топ-10. Я уверен в этом, учитывая, как сейчас дерутся мои соперники. Есть вероятность, что я еще вернусь, и сейчас многое для этого делается. Я думаю, можно было бы залететь на еще один контракт.
Мне предлагали новое соглашение, но так получилось, что я его не подписал. Потому что травмы… Я уже понимал, что проводить три боя с такой травмой – слишком на тоненького и тяжело. Не было желания. Мне просто надо было взять паузу, но менеджеры упустили момент. А UFC не говорит мне «нет». Они сказали: «Жди». Просто в их глазах это выглядит так: «Весь мир хочет к нам, а ты не подписываешь контракт с неплохим гонораром». За такие деньги все хотели бы попасть в эту организацию. Саят (Абдрахманов) работает над этим, так что посмотрим.
Пока я сосредоточен на боях в Казахстане. Здесь остается много работы и столько всего интересного, оказывается (смеется). Тут тоже можно выступать, а самый большой плюс в том, что родная публика. Ты понимаешь, какая (же это колоссальная) поддержка, и это не затратно. Потому что в ином случае ты летишь в Америку и тратишься на подготовку.
