Перед стартом сезона-2025 превзойти результаты Виталия Жуковского в «Атырау» был призван Константин Горовенко. 48-летний коуч, хорошо знакомый с «нефтяниками», настроился на реализацию перспективного проекта, но вмешалась смена власти, а также финансовые и кадровые проблемы.
В интервью корреспонденту Meta-ratings.kz ушедший по собственному специалист:
- рассказал, помогало ли руководство выдать лучший сезон, чем в 2024-м;
- раскрыл эпичный диалог из раздевалки после победы над топом КПЛ;
- признался, когда задумался о том, чтобы покинуть «Атырау»;
- ответил, почему не стал говорить с болельщиками после серии неудач.
– Еще помогая Станиславу Черчесову в сборной, вы приняли предложение «Атырау». Как говорили в одном из интервью, сделали это «с радостью». С каким настроем и намерениями заходили в клуб?
– Когда ты работаешь в сборной, то это всегда престиж и стабильность, поэтому выбор был сложный. Но я сделал его осознанно – понимал, что не каждый день тебя приглашают в клуб Премьер-лиги. Я был воодушевлен. Мы же взрослые люди, и не хотим работать где-то лишь сезон. Лучше прийти, отработать несколько лет и реализовать все идеи, развив и команду, и себя самого.
Так что я возглавил «Атырау» с позитивными намерениями и большим энтузиазмом. Я ведь уже был здесь в 2022 году.
– В зимнем диалоге со СМИ вы говорили, что задача, которую перед вами поставило руководство – это закончить сезон лучше, чем в 2024-м. Не была ли эта планка завышена, учитывая, что из «Атырау» ушли ключевые игроки, а Виталий Жуковский и так совершил оверперфоманс?
– А планку всегда нужно чуть завышать. Надо стараться прыгнуть выше головы, и тогда будет прогресс, ведь стагнация – худшее, что может быть в футболе. Но, как показывает практика, такие ожидания должны подкрепляться возможностями. Если они высосаны из пальца, это не всегда реализуемо.
– Обозначили ли вам подзадачи?
– Понимаете, «Атырау» тотально обновился – на 80-90%. Приезжая на сборы 18 января, ты обнаруживаешь, что в команде 20 дублеров и ребят, не игравших ключевую роль в прошлом году. Тебе нужно отсмотреть всех их, пригласить кого-то со стороны, потренировать состав месяц и войти в сезон. А показывать стабильные результаты в таком случае сродни чуду.
Чтобы что-то склеить, всегда необходимо время, к тому же, при формировании костяка есть риск допустить ошибку. Кто-то не адаптировался, другой – выступает ниже своего уровня. Мы нуждались в летнем трансферном окне, а слушать, что тебя увольняют уже со второго тура… Ни один тренер не сможет так выполнять задачи.
– Принимали ли вы участие в подборе футболистов?
– Это внутренний вопрос. Неправильно утверждать: «Это я участвовал в их подборе» или «Это все спортивный директор». Но моим первым желанием было, чтобы мы взяли хотя бы двух игроков уровня сборной. Это те самые стержневые казахстанцы, которые вели бы за собой всю команду. На кого можно было бы опереться в трудный момент.
Но не получилось: где-то коррективы внесли финансовые возможности «Атырау», кто-то же сделал выбор в пользу других клубов.
– Содействовало ли правление реализации этих целей?
– Все приходят с благими намерениями, но, как мы видим, у абсолютного большинства футболистов есть агенты. Они тоже хотят зарабатывать, поэтому смотрят на наиболее благополучные и финансово состоятельные клубы. Также в формирование состава сильно вмешался закон, запрещающий финансировать легионеров из госбюджета.
Но никто не отменял планирование: важно думать заранее и грамотно вести переговоры. А учредители, зашедшие в «Атырау», приступили к работе только после новогодних праздников – был цейтнот (недостаток времени для обдумывания ходов в шахматах – прим.). К тому моменту значительная часть серьезных игроков цели уже наметила, и мы просто наверстывали упущенное.
– В первом туре команда неожиданно переиграла «Елимай» – без преувеличения претендента на чемпионство (2:1). Сильно ли это вас воодушевило? Какой была атмосфера в раздевалке?
– В клубе начался передел власти: он был в доверительном управлении (общественного фонда «ПСК «Атырау»), но облспорт решил вернуть контроль себе. Поэтому пошли все эти процессы, а вдобавок не было финансирования до апреля. Но первый тур прошел в марте, и команда показала неплохую игру. Может, она выглядела сыроватой, но у нас была энергия и желание бороться. Все в раздевалке приободрились.
Пока футболисты радовались, внутрь зашло руководство. Ребята попросили премии, но в ответ им сказали: «Нам бы зарплаты получить сначала, не то, что поощрять за победы». И драйв стал спадать. Выезжая в Кокшетау, мы понимали, что у нас нет финансирования. Это уже была не та команда.
– Как этот дух угасал после 4-5 поражений подряд?
– В третьем туре после международной паузы мы играли против «Актобе» (0:4). Вышли не в оптимальном составе, потому что в матче с «Окжетпесом» (1:2) у нас травмировался один защитник, буквально за пару дней – другой. И атакуя, постоянно получали контрвыпады: то слишком высоко поднимемся, то откроем зону, а у «Актобе» очень скоростные фланговые нападающие. (Амаду) Думбуя и (Идрис) Умаев вскрывали нас, но это что касается игры.
Основная причина (упадка) в том, что никто не понимал, кто управляет клубом. Кто генеральный менеджер? Когда завершатся все процедуры? Второе – финансы. Каждую тренировку мы начинали со слов мотивации, а в такой ситуации, поверьте, работать непросто. Ты думаешь не о футболе, а о том, как бы удержать команду.
– Все-таки мотивация игроков страдала из-за задержек по зарплате?
– Да, конечно. Какие-то легионеры приехали в Казахстан впервые – им нужно время на адаптацию, а тут еще такие трудности с деньгами. Первую зарплату они получили в апреле, но все-таки это второстепенный фактор. На первом месте – система управления и вертикаль власти.
– После поражения от «Кайрата» (0:4) у капитана «Атырау» Рината Джуматова случилась перепалка с фанатом. С какими эмоциями смотрели это видео и понимаете ли поведение экс-подопечного?
– Пошло внутреннее напряжение и у футболистов, и вокруг клуба в целом. Постоянные публикации в СМИ, негативный фон вокруг «Атырау»… Любой болельщик хочет гордиться своей командой, да и мы играем не только ради себя – за них тоже. Так что они имеют право спрашивать.
Фанаты всегда поймут, если ребята бьются на поле или проигрывают в равной борьбе, но когда ты горишь 0:2 к 4-й минуте, они взрываются. Мое им пожелание – просто верить в свой клуб, всегда его поддерживать и интересоваться жизнью изнутри в рамках дозволенного. В рамках футбольной культуры.
– Претензия болельщиков лично к вам заключается в том, что вы не выходили на диалог к трибунам. Почему?
– Когда ты выигрываешь у «Елимая», вокруг нет ни одного человека. Все считают, что это их победа – у нее ведь много отцов. А когда уступаешь, то проиграл уже один тренер. Более того, болельщиков самих по себе огромное количество, поэтому сил все объяснить не хватило бы ни физически, ни психологически.
– Когда наступили первые тревожные звонки, когда вы подумали: «Оу, а работа здесь выходит совсем не такой, как я планировал»?
– После второго тура, когда учредители, приглашавшие меня в «Атырау», ушли. По окончании наурызовских праздников я осознал, что остался один. Потом началась эпопея с Дидаром Сыдыкбеком: он пришел, мы познакомились, потом он захотел покинуть клуб и все же вернулся.
Тренерский штаб и футболисты остались с чемпионатом один на один. Но я не снимаю с себя ответственности за результаты. Есть и моя доля. Наставник – это лицо команды, и он обязан справляться со внешними факторами. Я принимаю критику. Старался сделать все, что мог.
– Встряхнул ли команду приход на пост генерального менеджера Сыдыкбека? Быть может, он успел принять какие-то важные меры?
– Дидар принял команду, но облспорт настаивал на своем – ему пришлось передать «Атырау» в управление государству. И через пять дней он решил уйти. Поэтому на протяжении целого месяца мы не сотрудничали и не общались. Вопросы решены не были. А с кем я мог реализовывать задачи? Была надежда, что футболисты выправят положение, но вмешался календарь: «Актобе», дважды «Кайрат». Мы попали в полосу неудач.
Тогда я сам инициировал разговор (с руководством), приехав в облспорт. Мы пришли к выводу, что мне будет лучше покинуть «Атырау».
– При этом вы обронили фразу, что узнали, что вас «хотят уйти» еще на старте сезона. Все-таки это был уход по собственному или нет?
– Подчеркиваю, что я сам форсировал уход. При диалоге с облспортом мне сказали: «Мы вас не увольняем. Хотите – готовьте команду к «Астане» и «Ордабасы». Так что это была моя инициатива, а в качестве компенсации я не попросил ни копейки. 20-го апреля поговорил, и мы расторгли контракт.
– Игроки не были шокированы этим решением?
– Всегда ведь все назревает. Не могу сказать, что это был шок, просто я больше не видел для себя возможности изменить ситуацию. Когда ты возглавляешь клуб, ты не можешь фокусироваться исключительно на тренировках, выдумывать гениальные упражнения или подбирать мощнейший состав из того, что есть. Вы же понимаете, что футбол – это индустрия. Машина. Команда – это про структурность.
Условно, «Кайрат» строится 15 лет, а президент всегда заявляет: «Мы развиваем клуб». Там настоящая селекция, выстроенная под единый стиль, а тут ты приходишь и обязуешься показывать результат после месяца тренировок. Так не бывает. Для меня это будет жизненным уроком.
– Как признался Жоэль Каямба, порой у него «возникало ощущение, что он играет в любительском клубе – дела в «Атырау» велись непрофессионально». Вы разделяете эту критику?
– Я считаю, что нужно строить клуб. Всегда. Чтобы все процессы продвигались максимально профессионально. Вот, у нас была случай: португальский игрок привез супругу, но через какое-то время ей нужно было оформлять визу – грозила депортация. Он стал заниматься этим вопросом самостоятельно. Вывез жену в Грузию и узнал у соотечественников из КПЛ: «Как это вообще работает?». Ему ответили, что (в других клубах) все решается: хочешь жену привози, хочешь – девушку. Но парень делал все сам.
Ему не платили денег, поэтому приходилось просить у своих в Португалии. Он был отвлечен от футбола, и это ведь только один пример. Их очень много. Футболисты и тренеры должны быть защищены – это зона ответственности клуба. А нам нужно думать об игре, коммуникации и атмосфере в коллективе.
– Опыт в «Атырау» – самый непростой в жизни? Возможно, даже удручающий?
– Ни в коем случае не удручающий (смеется). Я живу по принципу: «Для чего-то это мне сейчас нужно». Это же опыт, а жизнь дает такой, какой нигде ни за какие деньги не купишь. Бизнесмен, чтобы найти свою нишу, пробует себя в 7-10 сферах. Так же и с тренерами – без поражений успешным не стать. Я заряжен на работу в интересных проектах.
Я заинтересован в развитии, а не просто в получении зарплаты. Чтобы вкладывать душу, и тогда будет отдача. Тогда всем работать будет интересно.
– Значит, эмоционально не выхолощены и брать паузу не собираетесь? Уже готовы приступать?
– Конечно-конечно. Самое важное, с кем ты пойдешь в бой, и кто будет рядом. Как бы ты ни хотел развивать футбол, его делают люди, а у каждого свои интересы. Надо смотреть, кто тебя подстрахует, подставит плечо и, опять же, на планирование.
Насколько это долгосрочный проект? На полгода? Довести команду до конца сезона, будучи под критикой и угрозой увольнения? Рисковать можно, но ради чего? Или же можно пойти в амбициозный клуб, пусть даже начинающий с Первой лиги, но в нем будет четкая структура. Это совсем другое дело.
